Экспедиции

Сокские штольни – 10 лет спустя (Union Ground Disconnection - 2018…)

 

Волей случая оказавшись в Самаре на новогодние праздники 2018 года, мы со Скампом решили не предаваться излишним размышлениям о грядущих переменах в судьбе клуба DEEPDIG. Вместо этого мы встали пораньше, собрали рюкзаки и поехали в Сокские штольни. Дело было 5 января нового 2018 года…

 

 

 

 

Погода стояла замечательная – минус 10, снежок, тишина. Мы припарковались напротив того места, где на Google -картах в склоне горы обозначены выработки. Вход нашли уже спустя пять минут. Через квадратное отверстие в скале была видна тьма, испещрённая яркими белыми звёздочками – горящими налобниками тех, кто стоял внутри. Было очевидно, что в новогодние праздники место пользуется большим спросом. А что ещё нужно для счастья? Час езды от города, транспортная доступность, комфортный вход, высокие своды. Однако мы пока не собирались заходить: для начала предстояло заземлиться в систему Сокские – 2.

 

 

Здесь стоит добавить немного истории и объяснить, почему Сокские штольни имеют деление по номерам. В далёком 1937 году в горе Тип-Тяв была начата добыча известняка. Для разработки штолен использовался труд заключённых самарских исправительно-трудовых лагерей. В 1958 году к разработке приступили вольнонаёмные рабочие. А уже в 1960 году штольни были официально закрыты: более экономически обоснованной была признана добыча открытым способом – через Сокский карьер. Однако за 23 года подземной выработки в горе было пройдено свыше 50 километров штолен! Поэтому с началом работ в карьере значительная часть этих выработок пострадала – обрушилась, либо была просто съедена карьером. Так образовались отдельные системы: Сокские-1, Сокские-2, Сокские-3.

 

Сокские-1 – наиболее крупная из сохранившихся часть штолен. По некоторым данным, её протяжённость составляет около 37 км.

Сокские-2 – несколько штреков с рельсовыми путями и большим количеством вагонеток.

Сокские-3 – про эту часть нам удалось найти крайне мало информации за исключением того, что система является обвальной и вход в неё расположен где-то в карьере.

 

 

Итак, мы двинулись вдоль железнодорожной ветки по направлению к мосту, отмеченному на карте, и заброшенному зданию заводоуправления. Преодолев невероятно скользкий подъём и извилистую дорогу вверх по склону, мы оказались у самой кромки карьера. Много лет назад я стояла в этом месте ночью, при свете звёзд. Теперь был день, и карьер просматривался – насколько хватало глаз. Заснеженные террасы склонов, небольшие ёлочки, дорога, уходящая вдаль… Пейзаж мог бы казаться прекрасным, если бы не налёт горечи от осознания того, что происходило в этом месте в 30-х-50-х годах…

 

Вход в Сокские-2 мы нашли, на удивление, быстро. Помогло примерное понимание того, где искать, и явственные следы наших предшественников. Весь путь от машины до входа занял около часа с хвостиком.

Почему в Сокские-2 стоит ходить зимой: во-первых, летом, наверное, не стоит тратить время на прогулку по паре сохранившихся штреков (можно провести время и с большей пользой); во-вторых, в холодное время года в Сокских-2 можно наблюдать абсолютно потрясающее явление: огромные ледяные сталагмиты причудливых форм. Возникновению этого феномена способствуют одновременно два фактора: наличие водокапа в привходовой части и отсутствие тепла, что позволяет воде застывать.

 

 

Мы переживали, что оттепель в начале месяца могла погубить ледяные фигуры, но, зайдя внутрь, поняли, что опасения были напрасными. Сталагмиты сияли и переливались в свете прожекторов, как хрусталь! Фотосессия получилась отличной, хотя и спровоцировала небольшой инцидент с замёрзшим пальцем на моей правой руке (я не могу фотографировать в перчатках, пришлось их снять…)

Чтобы отдохнуть после перехода и немного согреться, мы выпили горячего чая с шоколадкой в глубине самого тёплого, как нам показалось, тупика. Потом исследовали оставшиеся галереи. И немножко покатались на вагонетке.

 

 

В Сокских-2 произошёл ещё один загадочный инцидент: изучая принцип работы механизма, переворачивающего вагонетку, мы наклонили одну, и из неё на пол вылилась вода. Всё бы ничего, но после этого из-под вагонетки раздался душераздирающий писк, который напомнил мне, как кричит Баскунчакский пискливый геккончик… Мы долго и тщетно пытались найти того, кто пострадал от наших действий. Надеюсь, с ним сейчас всё в порядке.

Наконец, пришло время возвращаться и заземляться в Сокские-1. Волшебным образом, обратный путь показался нам не таким уж и длинным. Ветра практически не было, срывался снег, и единственное, что омрачало прогулку – это недостаточная прочность наста, который периодически трескался под ногами, заставляя нас застревать и перестраиваться на более надёжный участок по соседству.

 

Когда мы уже спускались по внешней стороне карьера к заброшенному мосту, из-за поворота неожиданно появилась очень странная группа людей: впереди хмурый молодой человек в чёрной шапке и чёрной куртке, за ним – абсолютно счастливая и улыбающаяся женщина с девочкой школьного возраста, обе одетые в яркие лыжные костюмы. Я сначала не поняла, что именно мне кажется таким странным в этих троих. Но через пару секунд пришло осознание: лыж-то у них нет, ровно как и санок, или сноубордов, да и, собственно, даже рюкзачка маленького нет… И они идут зимой в заброшенный огромный карьер. За этими размышлениями я не заметила, как мы подошли к скользкому спуску. Вдруг мужчина в чёрном возник за моей спиной и, быстро проскочив мимо нас, нырнул под мост. Я остолбенело смотрела ему вслед:

- Ну он же их не убил?..

- С чего бы? Просто папа пошёл за санками, - спокойно выдал мне Скамп.

- За санками пошёл? А раньше они не догадывались, что им чего-то не хватает для приятного времяпрепровождения? На гору поднялись и вдруг поняли: санок нету!

- Всякое бывает. Всё же новогодние праздники…

 

 

Пока мы спорили, загадочный чёрный человек вернулся со снегокатом и, ловко преодолев ледяную горку, бросился догонять своих спутниц. Безусловно, новогодние праздники – это коллапс интеллектуальных способностей людей…

На входе в Сокские-1 мы переждали некоторое время, давая выброситься группе из 8 человек. Затем зашли и записались в журнале. Наш план был прост: дойти до ближайшего лагеря, перекусить, бросить там большой рюкзак и отправиться в путь налегке.

 

 

 

 

Глядя в карту, мы уверенно свернули направо и двинулись прямиком к лагерю «МДМ». Однако через пять минут наша уверенность пошатнулась, а через 10 – и вовсе сошла на нет: я поняла, что держу в руках не полноценную карту, а приблизительную схему выработок, так как тупики и штреки на ней отмечены далеко не все… Сначала мы даже слегка заблудились, минуты на три, но потом приняли единственное верное в данной ситуации решение – штреки не считать, удерживать в голове направление перпендикулярно входному штреку и двигаться по любым галереям в этом направлении. (Сокские представляют собой довольно правильную крупную сетку, поэтому заблудиться всерьёз можно только либо без света, либо – если совсем не соображать, куда идёшь).

 

Новая стратегия позволила нам быстро найти лагерь «МДМ», где были съедены ритуальные Дошираки, выпит оставшийся чай и брошен 90-литровый рюкзак с одеждой.

 

Дальше мы отправились в один из соседних штреков – к месту трагической гибели спасателей. Затем – выбрались на большак и долго шли по нему, периодически сворачивая в боковые ответвления, чтобы осмотреть места стоянок и прочие достопримечательности.

 

 

Конечно, главная достопримечательность Сокских штолен – это сами штольни: мрачные, с высокими сводами и огромным количеством крепей. Некоторые штреки заполнены повалившимися бурыми брёвнами настолько, что напоминают реки, и пересечь их крайне трудно. Всё необычное в Сокских создано преимущественно из этих же крепей.

 

Двигаясь по большаку от входа вглубь штолен, мы прошли по деревянному подвесному мосту, миновали множество стоянок с деревянными настилами, башенками, лавками и столами, дошли до двухэтажной бревенчатой заставы. Всё это выглядит очень необычно и интересно. Огорчает лишь то, что эти творения современных зодчих очень быстро покрываются здесь белой плесенью и начинают терять первозданную красоту. Но тут уж ничего не поделаешь.

 

 

Свой маршрут по большаку мы закончили в лагере «Ау!», где комфортно перекусили за большим деревянным столом, при свечах, под пологом, разукрашенным в стиле мультика «Ёжик в тумане» (если бы его рисовал Тим Бёртон).

 

Приятное местечко, но нам показалось, что для ночёвки там довольно холодно. Как будто откуда-то дует ветер… Хотя, судя по карте, лагерь находится в глубине выработок. Возможно, до начала карьера оттуда не так уж далеко.

 

 

После «Ау!» мы двинулись в обратном направлении методом хаоса. Решили пройти ближе к центральным штрекам, где-то они были завалены брёвнами, нам приходилось сворачивать, обходить трудные участки, смещаться на несколько галерей, возвращаться назад. Тем не менее, мы сумели найти остатки мотовоза, а также – очень примечательную стоянку со СТЕКЛЯННОЙ столешницей (даже не стоит пытаться понять, как её затащили в штольни, и главное – ради чего).

 

Ближе к месту основного входа мы-таки вернулись на большак и по уже известной нам тропе дошли до лагеря, где оставили вещи. Время близилось к девяти вечера. Приехали и выгрузились мы в десять утра. 11 часов на ногах за исключением нескольких перекусов и чаепитий. Пора была ехать домой отдыхать.

 

 

Мы выписались из журнала и выбросились в свежую зимнюю ночь, а навстречу нам из ночи вышла огромная шумная компания молодых нетрезвых людей, которая с матерными криками заземлилась в штольни.

 

P . S . 10 лет назад в Сокских нас было 8 человек. Из трёх разных городов России. К сожалению, эта поездка не стала очередным Union Ground Connection , как предполагалось. Наверное, потому что всему – своё время. Всё ещё будет, ведь то, чего не бывает, тоже случается, как известно.

 

До новых встреч!

 

Диггер Айслин, 15.01.18

назад

             Диггеры Нижней Волги